«Трущебный миллиард» versus «Золотой миллиард» – цивилизация обречена

На наших глазах привычный нам мир меняет свои очертания. Цивилизация глобального потребления стремительно движется к своему финалу, вползая в эпоху глубочайшего и многослойного кризиса.

В своих рассуждениях «Рукотворный кризис», ученый и публицист Андрей Фурсов выделяет три тяжелых системных кризиса, глубоко потрясших человечество: кризис «длинного» шестнадцатого века, крушение Западной Римской империи (гибель античного мира) и кризис верхнего палеолита (древнекаменного века).

Однако, грядущий глобальный кризис, считает ученый, несет в себе характеристики всех трех кризисов, но в одном пакете – «кризис-матрешка». Или «кризис-домино», если угодно. Только грядет этот кризис в условиях позднекапиталистической системы, которая охватила весь мир. То есть стала глобальной. Он наступает в условиях перенаселенности планеты, с огромной нагрузкой на экологию и близящимся дефицитом сырья, воды. Сюда нужно добавить чудовищную социально-экономическую поляризацию современного мира, невиданные запасы оружия массового уничтожения.

Во второй части своих рассуждений, зловеще озаглавленными «Мы находимся на пороге нового «великого переселения народов», А. Фурсов говорит:

«… Кризис позднего феодализма оказался управляемым, потому что в главном не вышел за европейские рамки. Кризис позднего капитализма – иной. Капитализм – мировая система, каждый раз преодолевавшая свои структурные кризисы за счет внешней экспансии – путем выноса проблем вовне и превращения европейской мир-системы сначала в мировую, а в конце XX века – в глобальную. Капитализм невозможен без периферии (низкооплачиваемая рабочая сила, сырье, рынки сбыта), население которой стремительно растет. Капитализм на своей периферии «выращивает» «внешний пролетариат» и полупролетариат так же, как античность «выращивала» варваров, свой «внешний пролетариат», если пользоваться терминологией А. Тойнби.

«Демографический взрыв» XX века -  результат экспансии капитала. Однако сегодня включить разросшееся население в производственные процессы капитал не может. Результат – огромное количество лишних людей. А поскольку деревня Юга сама себя прокормить не в силах, являя аграрное посткрестьянское общество, быстро растущее население сбивается в города, прежде всего самого Юга и мигрирует в города Севера (города поглотили 2/3 «продукции глобального демографического взрыва» после 1950 г.). В результате помимо сегмента-аналога позднефеодального кризиса в нынешнем глобальном кризисе появляется и сегмент-аналог позднеантичного. Так сказать, «вторая матрешка».

Индия и Китай будут скупать наши леса, пашни и реки

Одним из самых серьезных и неприятных последствий упорно завмалчиваемой проблемы перенаселения планеты, является продовольственный кризис и хроническая нехватка сельхозземель для прокорма человеческой популяции. Судя по поступающим сигналам из разных регионов мира, есть все основания полагать, что в мире разворачивается первая (мягкая) фаза продовольственно-земельных войн. Пока она проявляется в виде экономических боев перенселенных стран за недостающие земельные ресурсы за своими пределами. Но вот вопрос, что произойдет если остальные спохватятся и перестанут продавать иностранцам свои земельные ресурсы? Сколь долго правительства Индии, Китая, иных густонаселенных стран смогут сдерживать звереющее от нехваки продовольствия  собственное многомиллиардное население?   (отвечать не надо – вопрос реторический)

Индия и Китай готовы купить наши леса, пашни и реки

Правительство Индии приняло программу скупки земель в других странах мира. Немногим ранее о подобных намерениях объявил Китай. Руководство этих стран страшно напугано разгулявшимся продовольственным кризисом. Прокормить миллиарды людей – задача нелегкая, а своей земли им не хватает. Вот и решили они выделить огромные суммы на покупку угодий там, где их много. Гонцы отправились в Латинскую Америку, Австралию и даже Африку. На российские земли новые «латифундисты» на словах вроде бы не претендуют – наше законодательство запрещает иностранцам покупать сельхозугодья. Но ведь есть много способов обойти закон, и, похоже, программы эти уже реализуются в наших пустующих селах.

В России больше всего в мире брошенных сельхозземель. Как минимум треть когда-то возделанных полей зарастают бурьяном. При этом продуктов нам не хватает, они дорожают, а зависимость от импорта становится уже катастрофической. Но природа не терпит пустоты. Вместо наших крестьян в деревни приходят предприимчивые иностранцы.

Вдоль по Муданьцзянской

Конечно, маленькие победоносные войны сопровождаемые патриотическим угаром, это здорово, но по моему, не очень эффективно. Лично мне больше импонирует стратегия «иероглифа КЕ» , т.е. ползучее завоевание изнутри. В продолжении китайской тематики (Из Китая, с любовью…, Трактовка иероглифа «КЕ», как способа придушения соперника «в объятиях дружбы») статья о том как китайцы «поднимают» российскую глубинку.   

Китайские гастарбайтеры подгоняют под себя российскую глубинку

Переулок Северный в городе Уссурийске Приморского края официально переименовали в Муданьцзянскую улицу. Село Плотава в Алтайском крае теперь стало Вань Юань. Да что там село – все Приморье китайцы уже называют Хэй-Хан-Ше, что в переводе – «Северная провинция». Побывав на «островках» российско-китайской дружбы, корреспондент «Известий» Людмила Бутузова выяснила, почему самые дальновидные фермеры на Дальнем Востоке уже выучили китайский и подсчитывают прибыль. А самые гордые вырезали скот и теперь могут гордиться только своими умирающими деревнями.

Прошлый год у нас был объявлен Годом Китая в России. Такие акции должны, с одной стороны, пробуждать братские чувства, а с другой – развивать экономические связи. С последней задачей, похоже, справились – Китай стал третьим по величине торговым партнером России. А вот насчет братских чувств… Простому москвичу, например, кроме Черкизовского рынка, побрататься с китайцем совершенно негде. Разве что в бомбоубежище соцфака МГУ, где китайские студенты по вечерам исполняли нашу камаринскую, а их русские однокурсницы – танец жасмина. Но это исключение. Корреспонденту «Известий» пришлось объехать полстраны, чтобы понять, как далеко зашли наши неформальные отношения.

Краткий вывод из путешествия: чем дальше на восток, тем виднее, что Поднебесная активно наращивает свое присутствие в России.